Алена Алова и Яна Брылева
Респектабельная гаzета
       The КонkуренТ
           29(000151)
      [25]июня[2008]
Гойко Митич: «Моя частная жизнь – как маленький сундучок с сокровищем»
      Самый знаменитый индеец в мире на долгие годы стал эталоном мужественности, а его красную повязку скопировал сам Сильвестр Сталлоне.
      Его имя было символом кино 70-х. Поколения мальчишек с замиранием сердца десятки раз смотрели и пересматривали фильмы с его участием: «Верная Рука – друг индейцев», «Чингачгук – Большой Змей», «Сыновья Большой Медведицы»... Он стал кумиром миллионов. Знаменитый режиссер Валерий Тодоровский назвал его любимым актером, а певец Валерий Меладзе изобразил на своем плече татуировку с героем одного из его фильмов.
В дублерах не нуждается
      Родился будущий герой прерий в маленьком югославском городке Лесковаце. Всегда мечтал стать учителем физкультуры, поэтому после школы отправился в Белград и поступил в Академию физической культуры. Он считал, что хороший учитель должен уметь делать все, поэтому увлеченно занимался легкой атлетикой, гимнастикой, играл в футбол, гандбол и даже входил в сборную Югославии по гребле. Но стать учителем ему было не суждено – физически развитого паренька заметили киношники.
      В 1960 году Гойко Митич начал работать в кино в качестве дублера, впервые снявшись в этом качестве в английском историческом фильме «Ланселот и королева», а затем в совсем небольшой роли в итальянской картине «Синьор ночи». В это время западногерманские кинематографисты начали экранизировать романы немецкого писателя Карла Мая о Виннету с Пьером Брисом в главной роли. Съемки проходили в Югославии. Исполнителей второстепенных ролей набирали на месте, главное, чтобы в седле держались уверенно. Неудивительно, что прекрасный наездник Гойко Митич попал в эту компанию. За три года он снялся в трех картинах. Роли не бог весть какие, даже фамилию его в титрах порой не указывали, но, когда в 1965 году киногруппа из ГДР приехала в Югославию снимать вестерн «Сыновья Большой Медведицы» по роману все того же Карла Мая, все в один голос сказали, что лучшего индейца, чем Гойко Митич, не найти.
      За первой главной ролью последовала вторая – в 1966-м актер появился на экранах в фильме Конрада Петцольда «Чингачгук – Большой Змей», в 1968-м – в картине Готфрида Кольдица «След Сокола». Он так «сроднился» со студией «ДЕФА», что даже переехал в Германию, где живет до сих пор.
      Многочисленные поклонники требовали все новых фильмов, и киношники трудились «не покладая камеры»: «Белые волки» (1969), «Оцеола» (1971), «Апачи» (1973), «Ульзана» (1974), «Братья по крови» (1975), «Северино» (1977)...
      Даже став знаменитостью, актер не признавал дублеров, на съемочной площадке все делал сам. «Вы можете не поверить, но за всю жизнь я не получил ни одной серьезной травмы. Исполнил сотни самых невероятных трюков, а у меня не было ни переломов, ни вывихов», – говорит Митич. А самым сложным трюком для него оказалось... курение трубки мира. Дело в том, что сам актер никогда не курил. Представляете, как трудно ему было со спокойным выражением лица посасывать трубочку, когда в горле страшно першило!
«Ни одна женщина не хочет за меня замуж»
      Личная жизнь кумира миллионов всегда была сокрыта от глаз журналистов. Хотя секс-символ советского времени не мог уйти от внимания женщин. Поклонницы буквально заваливали его письмами, в том числе и с предложениями женитьбы. Но актер так никогда и не был женат. «У меня нет времени для семейной жизни. Ни одна женщина не хочет за меня замуж», – говорит Гойко Митич. А когда ему откровенно заявляют «У тебя нет жены, уж не «голубой» ли ты?», он, ничуть не смущаясь, отвечает: «Нет, я не «голубой». «Я не одинок, но бумажка и штамп для меня не так важны, как просто крепкий союз мужчины и женщины», – говорит актер, которому 13 июня уже стукнуло 68 лет.
      «Во времена ГДР люди не так интересовались частной жизнью: что человек делает, как он это делает, с кем встречается и так далее. Сегодня под влиянием бульварной прессы люди стали любопытными, все надо разузнать. Я считаю, это ужасно, я не могу понять, зачем копаться в личной жизни каждого, – возмущается Гойко Митич. – Когда что-то есть между двумя людьми, то это больше никого не касается. Это моя частная жизнь, она – как маленький сундучок с сокровищем, который принадлежит только этому одному человеку, и никому больше нельзя туда заглядывать. Он это пережил и имеет право оставить при себе. Поэтому я не люблю рассуждать о личном». 
      Говорят, он живет Кепенике (район Берлина) с дочерью и своей подругой, но эту информацию сам актер не подтверждает, хотя и не опровергает.
      – Я скажу одно: в моем вигваме тепло. В том месте, где я живу, прекрасные окрестности и водоемы. Порой я плаваю там на байдарке. Все это куда скромнее на деле, чем я говорю. Скажем так: я не выношу сор из избы.
Сыграв 1024 представления, ушел со сцены
      За тридцать пять лет Гойко снялся в 13 «индейских» фильмах студии «ДЕФА», вошедших в сокровищницу европейского и мирового кинематографа. К сожалению, в середине 80-х годов зрительский интерес к фильмам об индейцах упал. Гойко Митич сначала вел детскую спортивную передачу на немецком телевидении, параллельно снимался в сериалах, работал в театре. Помимо индейцев актер с успехом сыграл головореза Фабиана в экранизации пьесы Виктора Гюго «Мария Тюдор», снимался в телесериале «Архив смерти», телепостановке «Слуга двух господ». Что касается театральных ролей, то это Спартак, Робин Гуд, д’Артаньян…
      В течение 15 лет Гойко Митич принимал участие в фестивале Карла Мая, который ежегодно разыгрывается в немецком городе Бад-Загеберге. На большой арене, вмещающей несколько тысяч зрителей, показывают представление по мотивам одного из романов писателя. Главный герой, естественно, Виннету. До 1992 года роль Виннету играл Пьер Брис, а затем он передал эстафету Гойко Митичу. Сыграв 1024 представления, в 2006 году Митич ушел со сцены. Но индейская тема на этом для него не закончилась. В Мекленбургском государственном театре в Шверине он играет индейца в пьесе по роману Кена Кизи «Полет над гнездом кукушки».
      А недавно актеру предложили роль в мюзикле Alexis Sorbas.
      – Сначала я был не в восторге и думал: «Ребята, ну куда мне еще и петь!». Но, позанимавшись с учителем пения, теперь я доволен, – рассказывает Гойко Митич.
      И еще. В конце мая на экраны вышла новая картина с его участием – «Эсперанца». В интервью немецкому таблоиду «Бунте» актер рассказал, что в этом фильме он впервые погибает на экране не как индеец.
      – Когда я однажды погибал в фильме про индейцев, происходила почти что революция. Я должен был возрождаться снова и снова! В этой же картине приходится довольствоваться иной смертью.
Индеец по имени Волк
Фрагменты интервью Гойко Митича
      – Скажите, Гойко, карьеру киноиндейца выбрали сознательно или случайно?
      – В годы моей молодости с наступлением теплых дней лесопосадки и лужайки становились «индейскими» лесами и прериями, из магазинов исчезали корд и бахрома, редели ивовые кусты. Школяры по десять раз ходили на каждый фильм про индейцев, а в играх буквально дрались за право быть «вождём краснокожих».
      – Вы отлично справлялись со своей ролью. Но все же актером не были.
      – В спортзал нашего института приходил один профессор, преподаватель театрального искусства. Ему нужно было держать себя в форме. А мне были нужны его знания. Я стал получать частные уроки.
      – Чингачгук, Зоркий Сокол, Виннету... А с подлинными индейцами общались когда-нибудь?
      – Один американский журналист заинтересовался моими фильмами, показал их в резервациях. Мы познакомились, и в один прекрасный момент я оказался в гостях у индейцев, соблюдающих древние традиции. Они приняли Зоркого Сокола и удивлялись, как бледнолицый европеец создал такие правдивые образы их предков. Мне тогда вручили индейский амулет, в ответ я достал привезенные подарки, в том числе коробку хорошего табаку. В ответ мне подарили индейское покрывало и приняли в племя, так что я теперь могу считать себя настоящим индейцем. Мне даже дали новое имя. Шаман спросил, есть ли у меня, как это водится у индейцев, прообраз в животном мире. Я ответил «нет». Он сказал: «Подумай о животном». Я закрыл глаза и тут же увидел смотрящего на меня в упор волка. Когда я раскрыл глаза, шаман взглянул на меня и сказал: «Ты - волк!» Я был потрясен. Так что теперь я настоящий индеец по имени Волк.
      – А почему большинство «индейских» фильмов с вашим участием снимались в СССР?
      – Режиссеры просто искали натуру, похожую на ландшафты Северной Америки, Мексики. Потому и снимали на Кавказе, в Крыму, Узбекистане. Забавная история произошла неподалеку от Самарканда во время съемок «Апачей». Нам нужна была скачущая на лошадях массовка, и мы обратились за помощью в соседний кишлак. Боже, каких усилий нам стоило уговорить «апачей» из колхоза «Навои» раздеться по пояс, а потом угомонить их: они так хохотали друг над другом!
      – Где вы так хорошо выучили русский, Гойко?
      – Ваш язык я учил еще в школе - в советской Югославии хорошо преподавали русский. А потом много снимался в Советском Союзе. Кстати, мне очень нравится ваш Путин - он говорит по-немецки с восточногерманским акцентом.
      – А как вы относитесь к творчеству вашего бывшего соотечественника Эмира Кустурицы? Хотели ли бы вы, например, сняться в его фильме?
      – Эмир делал очень хорошие фильмы, но сейчас, думаю, это несколько трудно: нужны деньги. А откуда ему их взять? Когда он снял фильм Underground, я знаю, его очень критиковали на Западе за просербскую позицию, хотя Кустурица был объективен.
      – Вы до сих пор, как и много лет назад, в прекрасной физической форме. Поделитесь секретом.
      – Я редко пью, и только хорошие вина. Не курю, зато каждый день занимаюсь спортом. Мужчина должен следить за собой.
Главная - Статьи